Компьютерный форум
Правила
Вернуться   Компьютерный форум > Форум программистов > Языки программирования > FAQ > Библиотека описаний > Мысли вслух
Перезагрузить страницу Перенос воды в решете
Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
  (#1 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 14:57

<div align='right'>Если слушатели смотрят на часы, это еще ничего.
Хуже, когда они начинают трясти часы,
чтобы проверить, не остановились ли они.

Уильям Норманн Беркетт</div>
Введение

Надо сказать, что эта работа сложнее предыдущей в ряду моих попыток увязать личный опыт с психологией. В той самой предыдущей статье («Студенческие игры» от 2003 года) в качестве базиса изначально была выбрана мощная психологическая «Теория игр», созданная Эриком Берном. Кроме того, еще до начала написания работы она уже имела более-менее четкий план. В случае «Переноса воды...» мы имеем полную противоположность: во-первых, никакая «умная» общепризнанная теория в ее основе не лежит, во-вторых, от идеи ее написания до начала реализации прошло не больше недели, так что ни о каком плане и речи быть не может. В конце концов, я решил просто изложить часть своего жизненного опыта на базе реально происходивших историй, а затем обобщить его. Таким образом, статья как бы склеена из разных кусочков. Изначально предполагалось, что в работе будет три части, а структурировать ее, разбивая на более мелкие элементы, я не собирался. Но с увеличением объема материала я понял, что в этом случае ее будет тяжело читать и искать в ней определенные темы или фрагменты – пришлось добавить еще одну часть и разделить части на разделы.

Однако, мои дорогие читатели, все это мои – проблемы. Что же до вас – то, как и раньше, надеюсь, что чтение будет необременительным и полезным.

О чем данный труд? Как ни странно, о том, что значится в названии. Речь пойдет о выступлениях перед аудиторией, о том, как не упустить от себя ее внимание, а также о стандартных ошибках при указанных выступлениях и способах борьбы с ними. Тема весьма серьезна, поскольку во время присутствия на публичных выступлениях у слушателей одновременно активизируются элементы и личностного, и массового сознания (выражаясь терминологией З. Фрейда). При этом речь не идет о составе конкретной аудитории, цели собрания или личности выступающего. Почему выбрано такое название? Все довольно просто: как гласит народная мудрость – воду в решете не унесешь, однако зачерпнуть им воды все-таки можно. Как математик предположу, что если зачерпывать с нужной и очень большой скоростью, или если постоянно лить воду сверху в решето с интенсивностью, превышающей интенсивность ее выливания снизу, донести ее (воду) до требуемого места все-таки возможно.... теоретически, разумеется. При выступлении субъекта перед аудиторией мы имеем в общем-то ту же картину с некоторыми отличиями: во-первых, ситуация не настолько глупа и экстремальна (мы не будем рассматривать ситуации, когда на преподавателя падает доска или случаи, когда один из учеников достает оружие и стреляет в надоевшего лектора), а во-вторых, в качестве воды выступает внимание аудитории, прикованное к оратору, в качестве же решета - сам оратор вкупе с тем, что и как он говорит.

Дело в том, что каким бы интересным повествование не было в первые 3 минуты, если его с тем же содержанием растянуть на 3 часа (или на 1 час 20 минут, что встречается намного чаще) от слушателей мало что останется, даже если оратор будет говорить без запинки. Я это называю «естественной убылью по времени» (внимание аудитории просачивается через оратора – ее представители начинают искать себе другие занятия). Тому, как не допустить полной потери аудиторией внимания к выступающему, будет посвящена первая часть данной работы.

Вторая часть статьи будет называться «Стандартные ошибки». Я не зря оговорился в предыдущем абзаце, что решето сквозит даже в том случае, если оратор безупречен. Что же до случая, когда он раздражает слушателей своим поведением или способствует их скорому отправлению в царство Морфея (сам того не зная, естественно), то это все равно, что опрокинуть решето и без того не страдающее герметичностью.

В третьей части мы рассмотрим «Коварные вопросы» аудитории к оратору и способы ответа на них. Под «коварными» я здесь подразумеваю не сложные вопросы и не те вопросы, которые задаются не к месту, а просто те, на которые вы не можете мгновенно ответить. Тому как ненавязчиво протянуть время до момента озарения, и что сказать, если оно так и не наступило, и будет посвящен данный фрагмент статьи.

Четвертая и последняя часть понесет гордое название «Развлечения языком и руками...». Не буду говорить, о чем она – дочитаете, узнаете. Однако считаю своим долгом оговориться, что речь идет о фразе из старого анекдота, а не о чем-либо еще.

Перед началом основного изложения стоит заранее ответить на два вопроса:
  1. Имею ли я образование в области психологии, риторики или других смежных с темой работы областях науки?
  2. Что заставляет меня думать, что я могу в своей работе сообщить нечто полезное широким массам?
Ответ на первый вопрос очевиден после прочтения второго: нет, у меня нет образования в этих областях, у меня высшее по математике и кандидатская степень по экономике.

А наглости опубликовать это творение я набрался после того, как:
  • участвовал в детских утренниках;
  • играл мешок Деда Мороза на новогодней елке (честное слово - у меня были реплики);
  • победил в конкурсе детских сказочных произведений с рассказом «Незнайка против Кощея Бессмертного» (самая лучшая реплика там была про «плевок кого-то в чью-то сторону», как сейчас помню);
  • играл Серого Волка во втором классе (самое интересное, что в той сказке, по-моему, не было ни одного человеческого персонажа – зоопарк, да и только);
  • 10 лет читал своему классу диафильмы вслух (из-за хорошей дикции);
  • выступал на сцене концертных залов, кружась в вальсе под музыку (правда, там не нужно было говорить, более того, это не предполагалось изначально);
  • был членом совета пионерской дружины и рассказывал половине школы про пионеров-героев;
  • стал автором сказки про Аладдина, которую наш 11-ый класс играл перед младшими классами (сказка имела большой успех... хотя длилась 23 минуты);
  • сыграл в этой сказке одну из главных ролей (даже не знаю, как это получилось);
  • провел последний звонок своего и параллельного класса;
  • пел (в основном на вечеринках под гитару, нравилось, правда, далеко не всем);
  • защитил диплом;
  • выступал на днях открытых дверей перед абитуриентами и их родителями;
  • общался с потенциальными и фактическими работодателями;
  • защитил кандидатскую диссертацию;
  • проводил собрания студентов;
  • читал лекции и проводил семинары (чем занимаюсь и по сей день)...
Таким образом, лично я считаю, что у меня есть некоторый опыт общения с аудиториями различных типов, который я и решил здесь обобщить. Если же по вашему мнению этого недостаточно, можете просто считать меня представителем разговорного эстрадного жанра в письменной форме. В конце этого вступления хочется озвучить мысль, которая мне кажется лейтмотивом всей работы. Адресована она, прежде всего, тем, у кого присутствует «страх публичных выступлений». Так вот: «Имейте в виду, что оратор всегда в более выгодном положении, чем аудитория, которая ему внимает: слушатели может и знают, почему пришли, но, зачастую, еще не знают, с чем они уйдут, а выступающий точно знает, и чем он их заманил, и что они должны унести в своей голове!» Будь оно иначе, зачем вообще устраивать публичные выступления?
Ответить с цитированием
  (#2 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 14:58

Последние штрихи к портрету

В данном разделе собран ряд несвязанных между собой советов, которыми, тем не менее, полезно воспользоваться при планировании и проведении выступлений.

По ходу выступления полезно обозначать границы между его частями, подводя промежуточные итоги и делая промежуточные выводы. Четкая структура выступления – это признак хорошего стиля. С одной стороны промежуточное резюме позволяет встряхнуть аудиторию, привести ее в чувства. С другой стороны оно помогает сориентировать ту ее часть, которая потерялась в океане Вашего красноречия. Фраза: «Подведем промежуточные итоги» говорит слушателям буквально следующее: «А сейчас я за 1 минуту, сжато и четко расскажу Вам то, о чем я расплывался мыслью по древу последние полтора часа». Естественно, я несколько утрирую, хотя общее направление верное. Говоря проще, резюме – это то, что аудитор может записать или запомнить, это основные вехи, которые он вынесет из Вашего выступления. Даже если вы не подводили промежуточных итогов, обязательно подведите окончательные.

Кстати, и в случае резюме имеется подводный камень (а куда ж без него). Избегайте резюмирования там, где его не должно быть. Об этом нюансе я вспомнил, когда слушал доклады школьников на финальном туре онлайновой олимпиады. Доклады были прекрасны, но многие из выступавших делали одну и ту же ошибку: они начинали мысль, развивали ее, аргументировали и, казалось бы, ставили точку, завершая рассуждение выводом, но... после 3-ех секундной паузы они вдруг вспоминали, что не отметили какой-то аспект и начинали говорить «вдогонку». «Мобильные технологии позволяют работать, отдыхать и общаться вне зависимости от места нахождения пользователя. Таким образом, будущее за мобильными системами.... (пауза)... А можно еще и учиться... где угодно...». Смотрелось это крайне неказисто. Хуже того, у докладчика возникала проблема посерьезнее неказистости – поскольку точка в рассуждении уже была поставлена ранее, он не мог поставить ее второй раз и в растерянности впадал в ступор. Он не мог еще раз сказать о том, что будущее за мобильными системами – это уже было сказано; перескочить на следующую мысль он тоже не мог.

Между прочим, ошибку с неуместным резюмированием можно случайно совершить даже не посредством содержания фразы, а просто неверно изменив интонацию. В письменном виде это довольно трудно изобразить, но, думаю, представить это не составит труда. Когда мы разговариваем друг с другом, мы зачастую автоматически понимаем по интонации, закончил собеседник мысль или нет, поскольку в конце его высказывания интонация меняется. Так мы понимаем, что теперь наша очередь говорить. То же или почти то же происходит между оратором и аудиторией – слушатели ориентируются не только по содержанию фраз, но и по интонации. Если аудитория слышит, что интонация становится «завершающей», то она прогнозирует скорое наступление паузы (во время которой можно расслабиться или начать задавать вопросы). Таким образом, если оратор неправильно изменяет интонацию, он как бы обманывает аудиторию, а слушатели этого не любят и не понимают, причем как на сознательном, так и на подсознательном уровне – ведь у них в мозгу возникает некоторый «сбой», десинхронизация ожидаемого и реального.

Итак, первый совет таков: структурируйте доклад по блокам и подводите промежуточные итоги после каждого блока и/или в самом конце выступления. Следите за интонацией и содержанием фраз и никогда не подводите итогов в середине блока – им там не место!

Следующий момент, о котором нужно сказать, банален до безобразия: не забывайте оставлять свои координаты. Понравится аудитории ваше выступление или нет – в любом случае Вы можете получить массу полезной информации и обменяться мнениями, если кто-нибудь из Ваших слушателей решит Вам впоследствии позвонить или написать письмо по электронной почте. Координаты можно написать на доске, проговорить вслух или оставить на столе визитные карточки – это уж как хотите. Гораздо важнее, какую из оконечных точек выступления – начало или конец Вы выберете для того, чтобы изложить способ общения с Вами. Если это будет начало доклада, то контактную информацию смогут записать даже те аудиторы, которые заснут или уйдут с него до окончания. Впрочем, в этом же заключается и минус данного варианта. Свойства же варианта с озвучиванием контактной информации в завершении выступления можно легко выявить по аналогии.

Выбирайте сами, это дело вкуса. Лично я предпочитаю, озвучить адрес своего офиса, телефон и e-mail сразу, чтобы потом к этому не возвращаться.

Еще один небольшой момент касается регламента. Так вот, я рекомендую его соблюдать. Это мало кому удается, причем не помогают даже наручные часы, положенные перед собой. Полагаю, что не помог бы даже будильник или часы с кукушкой. Когда люди рассказывают о том, что интересно им самим, они всегда склонны увлекаться. На тот случай, если Вы заранее не знаете, сколько времени Вам отведут, возможно, стоит предварительно определиться с тем, что можно выкинуть из выступления. Причем, такие некритичные моменты можно ранжировать на: «можно легко опустить», «не хотелось бы опускать, но возможно» и «выкидывать только в крайнем случае».

В заключение, хочется дать один совет, полезность и применимость которого, впрочем, я оставляю на Ваше усмотрение. Как уже было отмечено ранее, в процессе изложения какого бы то ни было материала допустимы ссылки на личный опыт при условии, что он согласуется с темой выступления. Количество Вашего личного опыта, привнесенного в изложение, зависит только от Вас. То же касается и эмоций, проявление которых Вы себе позволяете. На самом деле многие ораторы, публицисты и журналисты сильно расходятся во мнениях относительно допустимости эмоций в своих словах или строках. Некоторые считают, что есть темы, при изложении которых упоминание о личных переживаниях или эмоциональность недопустимы. Многие из них весьма талантливы, на мой взгляд, – читаешь и радуешься, но тут же получаешь комментарий самого автора: «Как же я неправ – там так много эмоций, а это нехорошо!». Лично я считаю по-другому: мы живем во многом на основании своего опыта, и редко полностью лишены эмоций. Проще говоря, жизнь без опыта и эмоций представить трудно. Так зачем же кривить душой, сочиняя «обезвоженные» статьи и доклады, набитые исключительно фактами, словно мешок – ломаными лезвиями или гвоздями, ведь такие сочинения не соответствуют внутреннему миру автора. Замечу, что под эмоциями я здесь подразумеваю «вклад души», а не просто выкрикивание эпитетов, которые самого оратора не трогают.

Ну, как можно без эмоций критиковать или хвалить художественный фильм или компьютерную игру? Посчитать количество минут, отведенных на спецэффекты? Проанализировать частоту смены кадров и время, требуемое на первое, второе и десятое прохождения? А как же музыка, игра актеров, сюжет, атмосфера – тоже без чувств и эмоций? Увольте!

Кстати – эмоциональность в рассказе позволяет аудитории понять и почувствовать, что оратор человек, а не граммофон или робот. Это самое ценное, что я вынес из семилетней преподавательской практики. Студенты все вместе и каждый в отдельности совершенно по-другому реагируют на «человека», нежели просто на «лектора» или «препода», внимательнее слушают, охотнее задают вопросы, а это – дорогого стоит. Не зря при переговорах с террористами им пытаются внушить, что заложники – люди, а не просто кричащая перепуганная масса. В случае со студентами все, конечно, иначе – показываешь, что ты человек, и они показывают тебе, что они люди, каждый в отдельности, а не просто «группа» или «поток». И вот, когда устанавливаются такие отношения взаимного уважения, вот тогда возникает ситуация, в которой приятно читать лекции и вести семинары. Впрочем, я несколько отдалился от темы данной работы...

Рискну повторить – мы не живем без эмоций и опыта, так не нужно писать и говорить так, как мы не живем!

На этой лирической ноте позвольте мне закончить первую часть статьи.
Ответить с цитированием
  (#3 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:02

Ямы – чем глубже, тем веселее

Как было отмечено ранее, ямы в отличие от заноз ведут к долговременным последствиям во время выступления, и оратору приходится прикладывать некоторые усилия, чтобы «искупить» свою вину перед аудиторией, которую он оскорбил, неприятно удивил или усыпил.

Первая яма банальна (как и многое в данной статье) и маловразумительна на первый взгляд, но встречается часто и с точки зрения аудитории выглядит ужасно. Не удивляйтесь, но речь идет о чепухе, чуши или ахинее... Чаще всего, если оратор не знает что сказать, возникает запинка, но иногда, пытаясь ее избежать, то есть, страстно пытаясь не допустить паузы в своей речи, он, будучи погруженным в свои мысли, начинает кружить вокруг да около (также причинами ахинеи могут стать незнание предмета или волнение). Проще говоря, он начинает нести откровенную околесицу, отдаленно относящуюся к теме выступления или вообще далекую от нее (расстояние удаления зависит от степени его собственного смущения происходящим и напряжения в мозгу, пытающемся судорожно найти выход из сложившегося положения). Цель этого бессмысленного вербального излияния – компенсировать или «забить» чем-либо паузу, возникшую вследствие сбоя в выступлении. Возможно, ее и следовало бы чем-то забить, но этот способ, мягко говоря, вероломен, поскольку аудитория в большинстве случаев замечает ахинею рано или поздно. Со стороны похоже, что оратор цитирует стихотворение «Бормоглот» из весьма популярной сказки Чарльза Доджсона (более известного нам как Льюис Кэрролл) «Алиса в зазеркалье»:

Варкалось. Хливкие шорьки Пырялись по наве И хрюкотали зелюки, Как мюмзики в мове!

В качестве даже более красноречивой аналогии (практически портретно описывающей ситуацию) можно вспомнить еще один фрагмент, на этот раз из стихотворения «Морж и плотник», взятого из того же произведения:

И молвил Морж: «Пришла пора Подумать о делах: О башмаках и сургуче, Капусте, королях, И почему, как суп в котле, Кипит вода в морях». Надеюсь, Вы уже вспомнили что-то похожее из своей аудиторской практики.

Итак, когда оратор понимает, что он выдает откровенный бред, у него всего три возможности выйти из положения. Рассмотрим первые две:
  1. Продолжить в том же духе, в надежде, что вся произносимая чепуха позволит рано или поздно незаметно выйти на что-нибудь разумное.
  2. Попытаться немедленно прицепить всю произведенную невероятную чушь к реальной теме выступления (что трудно, если выступление как раз и началось с чуши или ею заканчивается).

    Оба способа одинаково плохи. Проблема в том, что ахинея похожа на трухлявый дом или зыбучий песок. Если не трогать первый и не барахтаться во втором, то оба – дом и Вы в песке можете протянуть довольно долго, хотя со временем дом все равно рухнет, а Вы все равно захлебнетесь. Если же попытаться раскачать трухлявый дом (не важно, в какую сторону), он рухнет намного быстрее, и, конечно, если активно двигаться в зыбучем песке, Вас быстрее настигнет незавидная участь. Иными словами, результат одинаков вне зависимости от того, какой из способов выхода из «кризиса чепухи» (первый или второй) Вы примените. На мой взгляд, единственно верным, хотя и требующим самообладания, способом разрешения описанной ситуации является следующий:
  3. Как только Вы собрались с мыслями, готовы вернуться к намеченной речи и поняли, что некоторое время говорили Бог весть о чем, остановитесь и честно признайтесь перед аудиторией, что Вас «занесло не в ту степь» (на крайний случай подойдет даже восклицание: «Господи, что же я говорю?!»). Как я и сказал, это требует некоторой смелости, но поверьте, это самый рациональный вариант.
Кратковременную ахинею, часто вызывающую смех, большинство из нас знают под названием «ляп». Своей причиной ляпы реже имеют незнание предмета, чаще причиной является отвлеченность, неопытность в выступлениях или волнение. Из базовой ахинеи, как более широкого понятия, ляп выделяется (как уже было сказано) своей небольшой длительностью и относительной завершенностью, а также тем, что в силу этих специфических признаков он может быть и не замечен самим оратором, что чаще всего и происходит. В отличие от автора «опуса» аудитория всегда замечает ляпы и зачастую очень им радуется.

Думаю, здесь уместно привести ряд примеров. Однажды я присутствовал на довольно масштабной встрече, где среди прочих выступал директор по связям с общественностью нашей организации. Первая же его фраза сильно улучшила мое настроение, поскольку, приветствуя аудиторию, он заявил буквально следующее: «Я не мастер говорить, но я попробую...».

В другом случае, девушка, произносившая речь, начала ее с того, что она хочет стать юристкой, поскольку (по ее словам) «именно юристки являются представительницами древнейшей профессии».

Еще один начинающий оратор предположил, что «для поднятия российской экономики необходимо внушить потребителю, что отечественные товары лучше» (то есть не доказать, а просто внушить).

Если кто-то из моих читателей узнает себя, то уверяю Вас, что не хотел никого обидеть – даже точные формулировки были изменены (в отличие от их смысла). Скажу и о себе: я, будучи достаточно высокопоставленным сотрудником одного из государственных вузов, однажды ляпнул матери моего студента такое, за что мне стыдно до сих пор. Вместо слов «Я Вас внимательно... (слушаю)!», я, видимо отвлекшись и задумавшись, выпалил: «Я Вас внематочно...». Думаю, что примеров достаточно.

Справедливости ради нужно отметить, что ляпы не имеют таких жутких последствий, как базовая ахинея (по этой причине они как бы на стыке между занозами и ямами, к ямам же они отнесены из-за своего родства с ахинеей). Однако у них есть и минус – с ними тяжело бороться, поскольку трудно бороться с тем, чего можешь и не заметить. Впрочем, если уж ляп обнаружен, в борьбе с ним можно использовать тот же способ, что и для победы над ахинеей или просто подождать и посмеяться вместе с аудиторией.

Переходим к более изысканным ямам. Выдвигаю следующий тезис: нужно следить за тем, чтобы излишне не удаляться в детали предмета, если он не ясен в общем (то есть на макроуровне). Перед началом обсуждения данного тезиса приведу фрагмент из книги Бьёрна Страуструпа («Дизайн и эволюция C++». Вообще-то в этом фрагменте он говорит о структуре этой самой книги, но его удачная (как и созданный им язык программирования) фраза, как мне кажется, вполне применима и к публичным выступлениям на разные темы. Кстати, я с ней целиком и полностью согласен. Итак: «...читать можно и последовательно, от первой до последней страницы. Правда, при этом вы рискуете увязнуть в деталях. Я вовсе не хочу сказать, что они несущественны. Напротив, никакой язык программирования нельзя понять, рассматривая только его общие принципы. Без конкретных примеров никак не обойтись. Но, если изучать только детали и не представлять общей картины, можно окончательно запутаться».

Так уж устроено сознание большинства людей, что они лучше воспринимают подробности или детали, если понимают, куда эти детали «воткнуть». Например, систему охлаждения ядерного реактора тяжело себе представить в отдельности, если Вы не знаете как он (реактор) работает в общем. То, что крейсер «Аврора» сделал свой самый известный, причем холостой, выстрел в 1917 году, наверное, не задело бы за живое никого, кто не знает всей связанной с этим истории. OpenGL Shading Language очень тяжело понять, если Вы не знаете ни того, как используется OpenGL, и, что это такое, ни того, какие бывают стадии процесса визуализации в машинной графике. Вспомнить, какое по счету место занимает в радуге зеленый цвет проще не навскидку без контекста, а, пробежав в уме по фразе «Каждый охотник желает знать, где сидит фазан». То же самое с падежами: «Иван рубил дрова, Варвара топила печь» (по крайней мере, мне так проще).

Именно поэтому в большинстве научных и публицистических печатных работ обычно присутствует вводная часть, а в художественных произведениях – завязка. На мой взгляд, в этом отношении слову устному стоит многому поучиться у слова печатного (и не только – у музыкальных композиций в классической форме тоже есть завязка, хоть я в этом и не профессионал).

Довольно давно в сентябре 1999 года я присутствовал на конференции по информационным системам, где один из докладчиков с места в карьер начал свое выступление с изложения глубинных особенностей его исследования в области многоагентных систем, не дав определения этих самых систем. Тогда я даже не подозревал, что такое многоагентная система и, кстати, в точности не знаю этого и сейчас. Да, я почувствовал себя не очень эрудированным студентом 5-го курса и думаю, что я в своих ощущениях был не одинок, но на этом польза от его выступления и кончилась.

Во избежание подобной неприятности, каждый раз, когда я прихожу к студентам, я посвящаю первую лекцию тому, чтобы выяснить, что им известно о предмете и попытаться уложить этот самый предмет в общую схему их понятий об отрасли (формально это называется «место дисциплины в учебном процессе»). Это происходит вне зависимости от того, что им читается – «Машинная графика», «Имитационное моделирование», «Системный анализ» или что-либо другое. Советую поступать таким же образом и Вам – перед тем как углубляться в детали, хотя бы попытайтесь «поместить» предмет выступления в систему ценностей и знаний аудиторов. В противном случае все Ваше красноречие может быть потрачено впустую, и Вы об этом даже не узнаете, поскольку большая часть аудиторов промолчит (не желая выглядеть глупо), просто не вынеся ничего из выступления. Лично мне никогда не доводилось в середине или конце выступления слышать хотя бы один вопрос, наподобие: «О чем же Вы говорили все это время?»

Еще одной замечательной ямой, в которую попадают некоторые наиболее колоритные ораторы, является уход в бесконечную рекурсию. Эта проблема очень хорошо знакома нашему брату программисту, поскольку благодаря ей в программах возникает такая ошибка времени выполнения (run time error), как «переполнение стека» (stack point overflow). Что до публичных выступлений, то чаще всего в эту яму попадают ораторы с богатым жизненным опытом, которых неожиданно захлестывают воспоминания. Звучит это примерно так: «Я считаю, что одной из самых удачных является экономическая система Германии... Кстати, я был в Германии – удивительная страна и замечательные люди... Я там познакомился с одним профессором, жена которого всерьез увлекалась кулинарией... Я многое узнал о немецкой кухне... Вообще-то у меня язва, мне ни есть, ни пить много нельзя... Правда, русские генетически больше пьют... Да и вообще здоровый образ жизни в наше время – это все... Призываю Вас активно заниматься спортом, хотя у меня, например, по пути или поблизости от дома нет ни бассейнов, ни спортивных залов... Ну да ничего – скоро лето, можно будет вволю накупаться и позагорать... Может быть даже съездить куда-нибудь... Путешествия вообще полезны – расширяют кругозор... Если будете на Востоке – это совсем другой мир» и так далее, и так далее, и тому подобное. В этой ситуации оратор буквально заваливает аудиторию своими мыслями о былом и настоящем (что в случае программирования и многочисленных рекурсивных вызовов функций, как раз и способно привести к переполнению стека). Замечу – ничто их сказанного за исключением первой фразы не относится к теме выступления, поскольку по идее она посвящена западным экономическим системам (это был отрывок лекции из цикла подготовки к кандидатскому минимуму по специальности для аспирантов-экономистов).

Аудитория не всегда может среагировать на подобную яму и начинает плавать по волнам впечатлений вместе с оратором. Кстати, эта яма кардинально отличается от «прыжковой» занозы с темы на тему, рассмотренной ранее, по нескольким аспектам:
  1. В случае скачков с темы на тему оратора уводит в сторону, тогда как в данном случае он как бы уходит вглубь – каждое последующее предложение вроде бы связано с предыдущим, но никак не связано ни с предложением, которое было через одно перед ним, ни с тем, которое будет через одно после.
  2. Благодаря тому, что каждые две близлежащие фразы при уходе в рекурсию связаны по смыслу между собой, у аудитории зачастую не возникает резкой негативной реакции на происходящее. Более того, инерция мышления, которая в случае скачков могла стать причиной такой реакции, в данном случае только усугубляет дело.
Данная яма опасна тем, что оратор может легко увлечь в нее всю аудиторию. В результате получается разговор о чем угодно, только не о том, о чем нужно, причем длиться такая канитель может довольно долго. Когда же она заканчивается, ни оратор, ни аудитория часто не могут вспомнить о том, к чему, собственно, нужно вернуться. У меня на первом курсе был преподаватель по истории, который очень хорошо знал свой предмет и очень интересно и эмоционально рассказывал. Однако была одна проблема: при конспектировании и апостериорном прочтении записанного часто получалось, что предложение начиналось на одной странице, а заканчивалось через две страницы после первой, причем начало и конец предложения были никак не связаны и, вообще, могли относиться к разным историческим событиям, персонажам, странам, эпохам и даже областям науки. Отсюда совет: если Вы – оратор и знаете за собой подобный грешок, используйте конспект или просто дайте себе слово не отходить от темы выступления, если же Вы – аудитор, постарайтесь остановить оратора, когда число уровней вложенности мыслей превысило единицу (поскольку всего одна отвлеченная мысль может быть попыткой разрядить обстановку, и сама по себе ямой не является).

Создателями последней группы ям, которую мы рассмотрим, являются скорее аудиторы, нежели оратор. Речь идет о действиях оратора в ответ на неожиданные оклики и вопросы в тех местах выступления, где они никак не предполагались. «Коварным» вопросам, вообще говоря, посвящена третья часть работы, но здесь речь идет не о содержании вопросов, а о реакции на них там, где им не место. Дело в том, что неправильная реакция в такой ситуации может завести в яму. В любом случае Вы можете считать этот и следующие абзацы переходными от второй части к третьей. Итак, яма возникает потому, что если отвлекаться на каждый неуместно заданный вопрос, выступление может легко сойти с намеченного пути. Например, некоторые любознательные аудиторы любят задавать вопросы по мере их возникновения. Негатив в том, что то, о чем они спрашивают, иногда запланировано к изложению через 30 или менее секунд выступления, но они об этом не знают и не желают ждать и надеяться. Если оратор в таких ситуациях идет на поводу у аудитории, то есть пытается ответить на любой вопрос вне зависимости от времени его возникновения, фактически он вынужден комкать материал, ломая последовательность его изложения. Чем больше таких вопросов, тем больше таких изломов. Иногда яма появляется по другому, более экстремальному сценарию, в этом случае вместо монолога стихийно развивается дискуссия между оратором и аудиторией, причем она возникает там, где не предполагалась, и от темы выступления может легко «переползти» к любой другой теме.

Относительно этой ямы все очень индивидуально: иногда действительно имеет смысл ответить на вопрос сразу, но на всякий случай приведу ряд рекомендаций, которые, на мой взгляд, являются оправданными:
  1. Заранее оговоритесь, что Вы выделите время для вопросов. Иногда имеет смысл выделить несколько таких диалоговых периодов, особенно если выступление длинное и может быть логически поделено на части.
  2. Не бросайтесь сразу же ответить на любой вопрос в любое время, тем более что когда вопрос возникает не вовремя, фактически это означает, что Вас перебили. Однако пытайтесь услышать каждыйвопрос, даже если Вас перебили. В большинстве случаев Вы можете попросить вопрошающего задать вопрос позднее в отведенное для этого время. В случае если до этого Вы за счет естественного или скорректированного (вследствие его вопроса) течения выступления сами поясните то, о чем он спрашивал – вопрос к тому моменту исчезнет сам собой. Однако возможен и другой вариант – оклик или вопрос может возникнуть потому, что Вы совершили грубую ошибку по ходу речи, тогда лучше среагировать и сразу поправиться. Вот почему в смысл вопросов нужно вникать в любом случае, то есть всегда быть начеку.
  3. Я не рекомендую допускать развития дискуссии там, где она не предполагается, особенно, если у Вас фиксированный объем материала для изложения за фиксированное время. В качестве примера можно привести лекцию в вузе: дискуссия в середине лекции может легко поглотить все оставшееся до конца пары время, а, между прочим, на дискуссии и обсуждение отводятся специальные пары, именуемые семинарами.
На этом мы заканчиваем рассмотрение стандартных ошибок, которые оратор может совершить в процессе выступления. Обращу Ваше внимание на то, что занозы могут быть отделены от ям еще и по тому признаку, что первые связаны зачастую с формой изложения материала, тогда как вторые чаще имеют своей причиной его содержание.
Ответить с цитированием
  (#4 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:05

Выход из лабиринта

В самом начале я считаю своим долгом предупредить, что советы, которые я дам в этом разделе, могут не подходить ко всем случаям. Я был бы счастлив заявить, что из любой ситуации есть хороший выход, но, к сожалению, я и сам так не думаю. Предыдущий раздел для того и был написан, чтобы Вы поняли: иногда ситуация выходит из под контроля целиком и полностью, и остается надеяться только на чудо.

«Коварные» вопросы редко возникают ни с того, ни с сего. Намного чаще их возникновение связано с чем-то, что было неосмотрительно сказано оратором ранее в процессе выступления или наоборот того, что им сказано не было. Совершенно очевидно, что вопросы по услышанному должны быть связаны с этим услышанным, а это, в свою очередь, дает возможность проанализировать типичные причины возникновения «коварных» вопросов. Много времени это не займет, поскольку на мой скромный взгляд таких причин всего две:
  1. Упущение ожидаемой информации.
  2. Неверное постулирование.
Упущение ожидаемой информации означает, что из речи оратора выпал какой-то важный момент, что и привлекло внимание аудитории. Наверняка, многие из Вас сталкивались с ситуациями, когда на лекции звучит фраза: «Очевидно, что из этого следует...». При этом то, что следует, далеко не всегда и не всем аудиторам кажется очевидным. Очевидно другое: что оратор пропустил какой-то важный момент, например, пару-тройку шагов преобразования и объединения формул. В качестве другого примера можно рассмотреть упущение в изложении какого-нибудь важного частного случая. Возможно, он забыл о нем, а возможно упустил намеренно, поскольку не знал, что по поводу него сказать. Такое поведение – прямой путь к «коварному» вопросу.

На одной из лекций я рассказывал студентам об алгоритме определения принадлежности точки многоугольнику. Все было замечательно, но у меня совершенно вылетело из головы, как поступать в случае, если горизонтальный луч, выпущенный из точки, проходит через одну из вершин этого многоугольника. То есть то, что это возможно, я прекрасно понимал, а вот что делать... Я намеренно умолчал об этом случае в надежде, что никто не вспомнит о такой возможности... и совершенно напрасно, поскольку почти сразу нарвался на «коварный» вопрос. К моему счастью я все-таки вспомнил ответ, но ощущение осталось довольно неприятное.

Неверное постулирование – это упоминание в процессе выступления сомнительного или неверного факта, чаще всего по незнанию. И опять-таки – это прямая дорога к неудобному вопросу, причем ситуация усугубляется, если из неверных постулатов в дальнейшем делаются какие-либо выводы. В случае гуманитарных дисциплин еще можно подстраховаться, употребив обороты: «Как мне кажется», «Если я правильно помню», «По-моему мнению» и так далее, а вот с формулами такой метод не годится.

Например, многие авторы, которые пишут об аппаратном обеспечении персональных компьютеров, любят ссылаться на закон доктора Гордона Мура, касающийся роста производительности процессоров, при этом, выражая восхищение тем, что закон действует уже более 30-ти лет. Конечно, приятно иметь под руками закон, который столь долго действует в нашем быстро меняющемся компьютерном мире, но, видимо, мало кто из этих авторов и лекторов интересуется новостями. А между тем в июле 2002 года доктор Мур пересмотрел свой закон. Справедливости ради необходимо отметить, что закону на тот момент было 27 лет, то есть до 30-ти летнего юбилея он нетронутым не дотянул. Да, действительно, Гордон Мур сказал, что тенденция роста производительности можетзамедлиться, а не то, что она уже замедлилась на тот момент. Но если автор закона сам меняет свое отношение к нему, мне кажется, это стоит оговаривать в книгах и лекциях.

Как Вы можете заметить и первая и вторая причины возникновения «коварных» вопросов связаны с недостаточной проработкой текста выступления. Более солидная подготовка, может быть, и не помогла бы проверить все факты до единого и учесть все мелочи, но позволила бы самому оратору обратить внимание на узкие места в докладе. Кроме того, при должной подготовке можно спрогнозировать самые неудобные вопросы и подготовить на них ответы. Самые умелые ораторы часто готовят «мины-ловушки» или «управляемые фугасы», то есть специально строят выступление так, чтобы избежать «коварных» вопросов и, напротив, спровоцировать аудиторию на «псевдо-коварные», на которые заранее готовы ответы. В таком случае часто применяется «псевдо-неверное» постулирование и «псевдо-упущение» информации.

Когда мы обсуждаем проблему «коварных» вопросов, полезно понимать, что решения этой проблемы естественным образом делятся на формальные и фактические (можно также назвать их искусственными и естественными, мнимыми и реальными или даже черными и белыми, как Вам больше нравится).

Хорошими я называю именно фактические решения. Они характеризуются тем, что после их применения все довольны: аудитор получил исчерпывающий ответ на свой вопрос, а оратор получил удовольствие оттого, что на него исчерпывающе ответил. То есть, говоря проще, в случае фактического решения все честно (хотя в случаях «коварных» вопросов, такое редко имеет место).

В случае формального решения можно сказать, что оратор «вывернулся»: он избежал прямого или правдивого ответа на вопрос, несколько покривив душой, и при этом внешне сохранил лицо перед аудиторией. Но вот аудитор, задавший вопрос, в этом случае остался ни с чем. То есть, любые формальные решения проблемы «коварных» вопросов изначально несут в себе некоторые элементы нечестной игры.

Разница между фактическим и формальным решениями аналогична разнице между хорошо проработанным отчетом и банальной отпиской о том, что «работа кипит» или, как говорил Жванецкий: «...насосы высылаем...». Еще можно привести в пример разницу между добротным кирпичным домом и потемкинской деревней. Безусловно, со всех точек зрения, включая общечеловеческую, фактические решения или фактические ответы намного лучше формальных, но нужно быть реалистами: иногда оратор попадает в «почти» тупиковые ситуации, когда он не может найти фактический ответ, а проиграть по каким-то объективным, личным или политическим причинам не хочет или не может. Вот здесь на помощь и приходит формализм.

После того, как аудитор выдал реплику, содержащую «коварный» вопрос, необходимо первым делом определиться с тем уместен ли вопрос вообще, и является ли он глупым или нет. Это важно, потому что в зависимости от вынесенного по данному факту определения у оратора появляются различные возможности для ответа. Разумеется, вся аудитория в любом случае будет судить оратора по ответу вне зависимости от качества вопроса, но с другой стороны «Кто устережет самих сторожей?» («-Quis custodiet ipsos custodes?» - лат., из Ювенала) – вопросы иногда ставятся так, что их даже слышать странно. Сильно упрощая, можно сказать, что если вопрос уместный и умный, следует быть осторожным, а если он неуместный или глупый, можно среагировать более агрессивно и менее вдумчиво. Повторюсь: в любой ситуации лучше отвечать спокойно и вдумчиво, но это возможно не всегда – бывают и «аварийные» случаи.

Итак, возвращаясь к предыдущему абзацу, отмечу, что вполне возможна ситуация, когда по объективным причинам оратор вообще не в состоянии понять вопрос аудитора. С другой стороны иногда такую ситуацию можно намеренно сымитировать – это позволяет выиграть время на раздумье. Если Вы понимаете, что нужно подумать, попросите аудитора повторить или перефразировать вопрос. Того периода времени, за который он пытается это сделать, Вам вполне может хватить на формулировку ответа. Единственное, что не рекомендуется – это требовать повторения вопросов, вроде: «Скажите, пожалуйста, как Вас зовут?», но ответ на такой вопрос вряд ли способен вызвать у кого-либо замешательство (кроме того, поскольку вопрос короткий, Вы в любом случае не выиграете много времени).

Еще раз подчеркну, что и предыдущий и все остальные способы ухода от вопроса или ответа на него, описанные в данной работе, могут носить как характер маневра, так и совершенно искренний характер. Например, если оратор просит повторить вопрос, это еще не означает, что он затягивает время. Вполне возможно, что он действительно не расслышал или не понял вопроса.

Следующим способом получения времени на раздумье по поводу ответа на вопрос, который при удачном стечении обстоятельств может помочь вообще уйти от вопроса, снять его или привести к более простому виду, является агрессивное усугубление просьбы перефразировать его. Этот способ – придирка к формулировке вопроса. Применение данного способа позволяет оратору выйти из тупика, развязав дискуссию практически на пустом месте. Если эта дискуссия продолжается довольно долго, то она фактически дает оратору «карт бланш» («carte blanche» - франц.), поскольку он в любой момент может сказать, что: «К сожалению, у нас довольно мало времени. Если желаете, мы обсудим это после лекции (собрания, семинара или чего-нибудь другого)». Во-первых, такое развитие событий дает довольно много времени подумать, а, во-вторых, общение оратора с аудитором наедине проще, чем общение с ним же на глазах у всей аудитории.

Возможен и другой вариант развития событий, при котором в процессе дискуссии вопрос видоизменяется и перефразируется настолько, что перестает быть сложным и вообще тем, чем он был до нее. Тут уже все зависит от умения оратора. Понятно, что здесь речь идет о формальной реакции оратора на заданный вопрос, но, как я уже говорил, иногда она необходима.

Еще одной из возможностей затягивания времени является «неожиданное» воспоминание оратором какой-нибудь истории, факта или шутки, относящихся к теме вопроса или всего выступления в целом. Несколько таких отступлений всегда полезно иметь в арсенале, причем, они должны, что называется, «отскакивать от зубов». Тогда после прослушивания вопроса и осознания сложности ситуации, один из таких «артефактов» можно оперативно пустить в ход, потому что он «ну просто очень к месту». Поскольку упомянутое отступление довольно хорошо заучено, оратор может говорить о нем на автомате и в то же время думать о чем-нибудь другом, а точнее – о том как ответить на заданный вопрос. При самом удачном стечении обстоятельств (если арсенал подобран грамотно и со вкусом) высказанный факт, шутка или история может способствовать перемене темы насовсем (что позволяет полностью уйти от вопроса) или на время. Для аудитории такой поворот в ходе выступления, скорее всего, покажется экспромтом, а вот оратору следует помнить, что хороший экспромт должен быть подготовлен заранее.

Все предыдущее касалось большей частью способов получения тайм-аута на раздумье и только косвенно – возможностей ответа на вопрос, ухода от него или пресечения желания аудиторов его задавать. Это вполне логично, поскольку универсальных ответов на «коварные» вопросы (как и на любые другие), очевидно, не существует. Точнее, есть один универсальный способ ответа на любой вопрос, правда, его применение требует фантазии, чувства меры, он опасен и с моральной точки зрения весьма сомнителен. Этот способ называется «ложь». К сожалению, если содержание выступления относится к неформализованной области и не ограничивается сухими фактами, а также, если оратор посредством выступления пытается прямо или косвенно получить некоторую выгоду, то он иногда врет. Например, если оратор что-либо пропагандирует или рекламирует, то в чем-то он покривит душой почти наверняка.

Я, конечно, не призываю к вранью, но, коль скоро мы говорим о «коварных» вопросах, с моей стороны было бы нечестно не признать тот факт, что «ложь во спасение» иногда имеет место и способна помочь, если ситуация безнадежна, и другого выхода нет. Речь не обязательно идет об откровенной лжи, являющейся полной противоположностью реальному положению дел. Просто формулировка ответа на вопрос может быть иногда «скошена». Так уж получилось, что фраза «Нами проделано...» звучит куда лучше, чем «Мы собираемся сделать...», а фраза «Это будет именно так...», куда увереннее, чем «Скорее всего, это случиться...». Один мой друг говорил, что: «Если ты прочувствовал ситуацию так, как ты ее рассказал, то не так уж и важно, была ли она такой в действительности, почти такой или совсем не такой». Лично я свободен от подобной категоричности суждений, но повторюсь: термин «ложь во спасение» обозначает адекватно существующее явление, и такая ложь бывает необходима или неизбежна. Полезно помнить, однако, что всегда имеется некоторая вероятность быть разоблаченным (как говорит мой отец: «Никогда нельзя рассчитывать на то, что кто-то чего-то не узнает.»). Кроме того, безгранично большое значение здесь имеет чувство меры, поскольку если его нет, то, что по жизни, что в процессе публичного выступления можно так завраться, что потом будет невозможно выбраться или отмыться.

Что касается чудовищных, аморальных методов ведения борьбы с «коварными» вопросами, то имеется еще один. Он не позволяет найти ответ, но помогает пресечь дальнейшее желание аудиторов задавать вопросы. Речь идет о том, чтобы в процессе ответа на текущий вопрос дать понять аудиторам, насколько они Вам надоели, и, тем самым отбить у них охоту задавать последующие. Выразить свое недовольство можно мимически, жестикуляцией, семантикой слов или тоном, которым они произносятся (но только не фразой, начинающей со слов, наподобие: «Как же Вы меня все...»).

Мой бывший студент, нынешний аспирант недавно выступал на конференции по информационным технологиям. Его доклад вызвал большой интерес и, как следствие, множество вопросов. Он довольно долго и обстоятельно на них отвечал, однако в определенный момент ему это надоело. Надо сказать, что, зная вопрос (12-ый или 15-ый по счету), который вызвал у него раздражение, я не могу его винить. Вопрос был следующим: «Скажите, а чем «удаленное» отличается от «дистанционного»?». Этот вопрос и стал последним, поскольку, состроив довольно непривлекательную гримасу, он страшным баритоном произнес ответ: «Названием!» Больше вопросов не было.

Такая методика может применяться не всегда. Во-первых, если оратору что-то требуется от аудитории, то таких фокусов лучше не вытворять. Во-вторых, даже если аудиторы поняли, что Вы устали отвечать на вопросы, нет никакой гарантии того, что наиболее отчаянные из них не захотят над Вами поиздеваться, продолжив «дознание». Тем не менее, иногда такая тактика запугивания / демонстрации раздражения может быть полезна.

В заключение этой части работы дам еще два коротких совета:
  1. Наилучшим способом ответа на вопрос, на который Вы ответа не знаете (извините за каламбур), является правда. Всегда, когда Вы имеете такую объективную возможность, лучше честно признаться, что: «Вы не рассматривали данный аспект...», «Не имеете информации по данному предмету...», «Не владеете вопросом...», «Не в курсе...» и так далее. Возможно, для того, чтобы так поступить, Вам придется немного наступить на свою гордость, но Вы сэкономите время и, зачастую, убережете себя от неприятностей, в которые можете попасть, начав «раскручивать интриги». Конечно, бывают ситуации, когда нельзя расписываться в бессилии, но если можно, то, на мой взгляд, лучше так и сделать.
  2. Отвечайте быстро, четко и по делу. Мне доводилось несколько раз наблюдать за тем, как оратор, отвечая на один единственный вопрос, тратил, чуть ли не больше времени, чем занял весь его доклад. Поверьте, это довольно странно выглядит. Помимо прочего, разных аудиторов интересуют разные вопросы, и им может быть совершенно неинтересно выслушивать ответ на чужой вопрос, да еще и столь продолжительное время.
Ответить с цитированием
  (#5 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:05

Часть 4. «Развлеките меня языком и руками...»

<div align='right'>И добродетель стать пороком может,
Когда ее неправильно приложат.
Наоборот, деянием иным
Порок мы в добродетель обратим.
Вот так и в этом маленьком цветочке:
Яд и лекарство – в нежной оболочке;
Его понюхать – и прибудет сил,
Но стоит проглотить, чтоб он убил...

Вильям Шекспир «Ромэо и Джульета»</div>

Эта часть будет самой короткой – обещаю! Помимо размера, от остальных ее отличает еще и... скажем так, иная природа. Три предыдущие части были посвящены тому, как говорить, как НЕ говорить и как вербально реагировать в непредвиденных ситуациях («это просто выражаясь, но сложно говоря»). Иными словами, предыдущие части были так или иначе связаны с голосовым общением оратора и аудитории. В данном же фрагменте речь пойдет о том, что ЕЩЕ оратор делает в то время, когда говорит. Многие забывают, что наше тело осуществляет коммуникацию на многих языках и то, что мы привыкли называть голосом, это лишь часть того, что мы сообщаем тем, с кем взаимодействуем. Мимика, жестикуляция руками, положение корпуса, походка, даже прическа способны оказать на собеседника или аудиторию внушительное впечатление.

После последнего публичного выступления ко мне подошла женщина, являющаяся довольно высокопоставленным сотрудником моей организации и сообщила, что ей очень понравилось моя речь. На мой вопрос: «Чем именно? Тем, что я говорил?» Она ответила: «Нет, я и слов то не слышала, но я смотрела в Ваш затылок, и он был так очаровательно взъерошен!» Естественно, я был несколько смущен и горд одновременно.... хорошо хоть, что ко всей остальной аудитории я стоял лицом, а не затылком (она сидела в президиуме, то есть за моей спиной).

Дело в том, что если ртом вы изрекаете красивые истины, а всем остальным телом – полною нелепицу (или наоборот), впечатление аудитории от Вашего выступления вряд ли будет позитивным.

Первый раз я осознал важность невербального общения, как ни странно, довольно поздно. Конечно, все мы догадываемся о его важности – таковы наши гены, воспитание и привычные методы социальной адаптации. Но истинное понимание пришло ко мне, когда я пересматривал видеозапись защиты своей диссертации, сделанную двумя моими друзьями. То, что я говорил, было спланировано, а вот то, что я делал лицом, руками и корпусом (я стоял за кафедрой – ничего ниже видно не было), открылось мне только после окончания всего действа, а внимающей мне аудитории – в его процессе. На той кассете я имел возможность наблюдать, кажется, все возможные (или, хотя бы, наиболее популярные и приемлемые) формы невербальных коммуникаций с аудиторией, да еще и в своем же исполнении. Поскольку «своя рубашка ближе к телу», я решил построить данную часть именно на базе личного опыта, полученного в день просмотра. Речь идет скорее о структуре, что до содержания – конечно, будут и другие примеры.

Начну я, пожалуй, с того, чего я НЕ мог делать в процессе защиты, а именно с ходьбы по сцене (рисунок 8). Вообще, в подавляющем большинстве случаев, особенно в научной среде, ораторы во время вещания стоят на месте. Так принято. Не знаю, каковы изначально были причины такой традиции, так же как достоверно не знаю, кто и из каких садистских побуждений изобрел удавку на шее, названную галстуком. Раз уж я об этом заговорил, то больше всего негативных эмоций я испытываю к существу, которому пришла в голову идея о введении единой формы одежды для сотрудников гражданских учреждений и организаций, которая была позже названа корпоративным или офисным стилем. Само слово «сотрудник», кстати, также не вызывает энтузиазма, поскольку по сути обозначает некое бесполое создание без возраста и определенного рода занятий. Извините за отступление, уже возвращаюсь...

<div align='center'>
Рисунок 8. Основные варианты перемещений оратора в процессе выступления</div>
Вполне можно допустить, что аудиторию раздражает необходимость отслеживания перемещений оратора по сцене взад и вперед. С другой стороны мной подобные исследования не производились, поэтому я не могу высказываться с определенностью. Очевидно, что расхаживание перпендикулярно направлению взгляда аудиторов («поперечное движение») не несет в себе особо ценной информации и чаще связано с привычкой самого оратора – ему проще думать, когда ноги заняты делом. С этой точки зрения к тому же типу движения относятся топтание на месте и маленькие шажки вперед-назад. Скажу честно – списано с себя, мне очень тяжело устоять на месте, когда я что-то рассказываю. Наверное, единственный вывод, который аудитория может сделать из подобных перемещений оратора (иногда сопровождаемых устремлением его взгляда к небесам) – это то, что он не выдает заученный текст, а размышляет, формулирует, вспоминает. Как выражается М. Н. Задорнов: «Если наш человек зашевелил под столом ногами, значит, он о чем-то глубоко задумался». В этой фразе есть доля истины.

Хотелось бы обратить внимание на то, что движение оратора относительно аудитории может носить и совершенно иной характер: не поперек вектора их «ориентированности лицами», а вдоль него. Опять же само наличие движения может быть связано с личными качествами и привычками оратора, но вот направление этого «продольного» движения способно нести дополнительную информацию и преследовать определенные цели. Например, если студенты по время занятий сидят двумя рядами, один из которых левее, а другой – правее доски, я люблю прохаживаться по центру. Во-первых, это позволяет автоматически без лишних усилий решить проблему с неуместными разговорами (хотя бы частично), поскольку вид приближающегося преподавателя ясно говорит: «Я все слышу, дойду до каждого, а ведь могу и спросить что-нибудь!». Во-вторых, если занятия проходят в компьютерном классе, то постоянное ощущение угрозы приближения преподавателя, так же как и сам факт его периодического приближения дает студентам довольно мало времени и свободы, чтобы переключиться с чего-либо полезного для образовательного процесса (среды Microsoft VisualStudio, например) на что-нибудь более привлекательное на вид, но абсолютно бесполезное для упомянутого процесса (Starcraft, CounterStrikeили сайт с эротическим содержанием).

Теперь от деятельности ног перейдем к положению корпуса. Честно говоря, с ним все довольно просто. Спина должна быть прямой, голова держаться ровно. Поза должна внушать аудиторам Вашу уверенность, и, конечно, не должна говорить: «Как я устал, как вы мне все надоели!». Показать свое наплевательское, презрительное отношение к происходящему развязной позой даже проще, чем словами, потому что слова могут сойти за шутку, а вот развалившееся в кресте полулежащее тело или другая подобная выходка – вряд ли.

Иногда, для того чтобы смягчить атмосферу в зале, придать ей более непринужденный «аромат», можно принять соответствующую непринужденную позу, в частности, опереться о кафедру или стол. Это может сработать, например, в том случае, когда Вы пытаетесь что-то «по-доброму» объяснить аудиторам в фазе ответов на вопросы. Оратор показывает, что он слегка расслабляется, расслабляется и аудитория, а раскрепощенная аудитория часто лучше поддается внушению, чем сосредоточенная. Однако (как Вы уже поняли), здесь все очень индивидуально. Один из моих сокурсников после доклада по своему дипломному проекту оперся двумя руками о стол, за которым сидели члены государственной аттестационной комиссии, склонился над ними и, сдув волосы со лба, с улыбкой произнес только два слова: «Ну, спрашивайте!». Это поведение стоило ему трех баллов за дипломный проект... впрочем, потом он неплохо устроил свою жизнь. Строгость позы регламентируется характером выступления и его фазой, составом аудитории и целями оратора.

Вообще языку тела, движения, жестов и тому подобного посвящено множество хороших книг, принадлежащих перу куда более авторитетных авторов, чем я. Поэтому, что касается телодвижений, я лишь акцентирую Ваше внимание на аспектах, которые, на мой взгляд, его заслуживают, но не постулирую какие-либо приемы или методы.

Идем еще выше по телу... то есть переходим к рукам, а точнее к жестикуляции. Руки являются наиболее совершенными устройствами-манипуляторами, имеющимися у человека. Они открывают богатое поле для деятельности. Такие действия как взять, отдать, толкнуть или потянуть что-либо, набрать номер на телефоне или строчку на клавиатуре, держать вилку и нож, застегнуть молнию на брюках и многие другие деяния было бы весьма сложно (если только вообще возможно) осуществить без помощи или в отсутствие рук. Однако я здесь говорю не о действиях, которые люди совершают двумя верхними конечностями по отношению к материальным объектам. Речь идет о том, какую информацию могут нести движения рук, а вариантов здесь множество, поскольку самый развитый манипуляторный орган человеческого тела, очевидно, обладает возможностями реализации и самых развитых (после вербальной, конечно) форм коммуникации. Если вы играли в шарады, то легко вспомните, что объяснить какое-либо понятие «руками» намного проще, чем скажем «лицом».

Для начала разделим языки жестов на категории, согласно назначению:
  1. Формализованные с четно определенным назначением: взмахи палочки дирижера, язык глухонемых, флотские сигналы флажками и так далее.
  2. Размерно-количественные и ориентационные: указание направления относительно самого себя, примерного размера, количества чего-либо и так далее.
  3. Декларации намерений или предложений: неформализованные жесты вроде «Я ухожу», «Может кофейку?», «Покурим?» и тому подобные.
  4. Эмоционального подкрепления: мы часто пожимаем плечами, говоря «Не знаю»; показываем кулак, демонстрируя, что злимся на кого-либо; поднимаем большой палец вверх при слове «Класс!»; ситуаций – масса.
  5. Бесцельные: нервный тик, судорога, привычки к «распальцовке» или верчению ручки пальцами и другие.
Как мне кажется, с увеличением номера группы уменьшается объем и четкость информации, передаваемой с помощью рук.

Обычно под термином «язык жестов» подразумевают нечто единое, то есть всю совокупность жестов. Мне кажется это неверным, поскольку, как я показал, «языки» сильно отличаются по степени формализации и назначению. Более того, если, например, я понимаю жесты из групп 2, 3 и 4, это еще не означает, что я способен понимать немой алфавит (группа 1), что не позволяет говорить обо всей совокупности жестов как о едином языке.

Когда речь идет о публичных выступлениях, у каждого оратора обнаруживается своя уникальная комбинация жестов, относящихся к различным группам (чаще всего к группам 2, 3, 4 и 5). Самое интересное в том, что оратор далеко не всегда отдает себе отчет в том, что он делает руками, в то время как говорит (впрочем, это относится и к перемещению, и к положению корпуса, и к мимике). Обращусь к собственному примеру: просматривая уже упоминавшуюся запись защиты, я был немало удивлен тем, что при словах «классификация», «декомпозиция», «разделим» и некоторых других, я производил один и тот же жест, а именно жест, который в отсутствие звука напомнил бы наблюдателю скорее о разрубании батона вареной колбасы на части, чем о науке. Это было для меня довольно забавным открытием.

Вообще стоит помнить о том, что жесты, как и иллюстративные материалы, способны пояснить то, что может быть непонятно на словах, но только до некоторой степени. Жестикуляция может быть богатой и красочной, но не должна быть истеричной и вызывающей – Вы просто напугаете аудиторию (впрочем, может быть, в этом и заключается Ваша цель?).

Переходим к финальному аккорду – к мимике. Вообще, слово «мимика» (от греч. mimikos - подражательный) согласно словарю Даля означает «искусство объяснять мысли и чувства свои не словами, а лицом, телодвижениями; сценическое, театральное искусство». Я выскажусь несколько проще: в данном случае под мимикой я подразумеваю все то, что Вы способны сделать лицом и ушами (имеются в виду движения лицевых мышц и, собственно, выражения лица, а не плевки, поцелуи и тому подобное). В отличие от жестов руками, действия, производимые лицом лучше и проще классифицировать иначе, всего по 2 группам:
  1. Автоматические: возникающие под воздействием эмоций, чувств или ощущений, например, гримаса ужаса или боли, улыбка радости, вскинутые брови удивления, выражение лица коренного англичанина, когда он слышит, как Вы говорите на смеси русского и английского с немецким акцентом и тому подобное.
  2. Управляемые: все то же самое, но вызванное, то есть возведенное на лице, сознательно.
Что касается группы 2, то здесь, я думаю, помощь Вам не нужна – эта группа потому и названа управляемой, чтобы указать, что здесь все в Вашей власти, Вы сами решаете, улыбнуться ли, оскалиться или насупиться. А вот с непроизвольной лицевой реакцией на определенные явления (группа 1) необходимо быть крайне осторожными – в сложной или неожиданной ситуации Вас может выдать не только голос, но и лицо. Не зря же существует фразеологизм «на лице написано». Для оратора самыми опасными выражениями на его лице, по-моему, являются два: «испуг» и «замешательство» (например, в качестве реакции на коварный вопрос). Возможно, следует потренироваться в изображении «каменной» физиономии перед зеркалом.

Вообще, все, что связано с телодвижениями, будь то мимика, жестикуляция или перемещение по сцене довольно сложно проанализировать и натренировать, если хотя бы раз не увидеть себя со стороны. В пылу выступления ораторы могут и не замечать (что часто и случается), где находятся их руки, ноги и все остальное. Мой совет: видеокамера. Запишите свое выступление и внимательно просмотрите. Иногда странности в поведении проще заметить, если при просмотре выключить звук (это на тот случай, если Вы слишком увлечетесь музыкой собственного голоса). Есть и более простой вариант – выступите с каким-нибудь воззванием/песней/монологом/пьесой перед группой друзей/коллег и попросите их Вас покритиковать, обращая особое внимание именно на невербальные аспекты. Однако этот вариант менее эффективен, поскольку, во-первых, близкие люди (а также подчиненные) не склонны к агрессивной критике, а, во-вторых, лучше один раз увидеть себя любимого во всей косолапой красе с перекошенным лицом, нежели тысячу раз услышать об этом от других. Так или иначе, решать Вам, но помните, что невербальные средства коммуникаций могут сказать о Вас не только много хорошего, но и массу... не совсем хорошего.
Ответить с цитированием
Ads.
  (#6 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:06

Заключение

Ну, что же! Здесь мои любезные читатели я Вас и оставляю. Надеюсь, что я нанес на карту пересеченной местности, по которой движутся во всех направлениях многочисленные ораторы, несколько ярких или хотя бы тускло мерцающих точек. Конечно, в одной работе всего не опишешь и всех аспектов не затронешь – на карте по-прежнему много белых пятен. Кроме того, я понимаю, что со многими моментами в работе можно и не согласиться. Честно говоря, я и не пытался постулировать какие-либо непреложные истины. Анализируя различные детали поведения людей, волею судеб или по собственному желанию выходящих на сцену или в аудиторию, я хотел показать, что такой анализ возможен в принципе и может дать массу полезной информации.

Недавно я провел небольшой эксперимент: выписал основные тезисы из каждого раздела и пошел на конференцию, где, наблюдая за каждым выступающим, отмечал знаками плюса или минуса каждый тезис в зависимости от того, соответствовал ему оратор или нет. Поверьте, занятие довольно интересное, тем паче, что каждый из докладчиков, как выяснилось, обладает своим уникальным портретом (кстати, эта забава может сильно помочь, если вы просто вынужденыприсутствовать на каком-нибудь скучном мероприятии).

Предвижу упреки в том, что приводимые в работе примеры однобоки. Да, действительно, большая часть примеров так или иначе связана с образовательной отраслью. Что поделать? Именно в ней я работаю и, следовательно, примеры ситуаций, связанных со студентами и преподавателями, школьниками и учителями встают перед глазами сами собой. Однако думаю, что Вам при необходимости не составит труда вспомнить другие истории, иллюстрирующие материал, из своего собственного обихода.

Еще один момент: я не склонен к историческому релятивизму. Это означает, что когда я понимал, что изложение становится «слишком живым», неформальным и отвлеченным, я останавливался и пытался вернуться в русло более внятного стиля. Однако после этого я не переписывал того, что уже было написано. Я могу согласиться с тем, что в некоторых местах работы я был неправ, излишне веселясь и хулиганя (как в случае с описанием метода «артистического» конспектирования текстов – честно говоря, я и сам не знаю, какое она имеет отношение к заявленной теме статьи), но не хочу притворяться, что этого не было, ведь, признаться, я действительно получил большое удовольствие при написании данного труда. В жизни и так слишком часто приходится переписывать и переформулировать разные отчеты, контрольные работы, диктанты, иногда даже... воспоминания. По-моему, не стоит лишний раз этим увлекаться.

Как всегда, я буду рад любым отзывам и пожеланиям читателей, а может быть и идеям по поводу новых трудов (?) – кто знает. Вы можете направлять свои письма по адресу электронной почты ikshot@progz.ru, отвечу всем.

Вот и все. Спасибо за внимание.
Ответить с цитированием
  (#7 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:06

Список литературы
  1. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры – М.: АСТ, 2004 - 448 с.
  2. Бомарше Пьер Огюстэн Карон Севильский цирюльник. Женитьба Фигаро. – М.: Азбука-классика, 2005 г. – 304 с.
  3. Булгаков М. А. Романы: Белая гвардия. Жизнь господина де Мольера. Театральный роман. Мастер и Маргарита. / Предисл. Е. Сидорова. Художн. М. Бруня. – Кишинев.: Лит. артистикэ, 1988. – 768 с., ил.
  4. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 томах. – М.: Рипол Классик, 2005 г.
  5. Жванецкий М. Различные произведения.
  6. Задорнов М. Различные произведения.
  7. Конобеев Ю., Павлинчук В., Работнов Н., Турчин В. Физики шутят. – М.: МИР, 1966 г.
  8. Кэрролл Льюис Приключения Алисы в стране чудес. Сквозь зеркало и что там увидела Алиса или Алиса в зазеркалье. 2-е стереотипное издание. – М.: Наука. Главная редакция физико-математической литературы, 1991 г.
  9. Ролинг Дж. К. Гарри Поттер и философский камень. – М.: Росмэн-Издат, 2002 г.
  10. Страуструп Б. Дизайн и эволюция С++: Пер. с англ. – М.: ДМК Пресс; Спб.: Питер, 2006. – 448 с.: ил.
  11. Фрейд З. Психология масс и анализ человеческого Я в кн. Я и Оно: Сочинения. – М.: Изд-во Эксмо; Харьков: Изд-во Фолио, 2004. – 864 с. (Антология мысли).
  12. Шекспир В. Комедии, хроники, трагедии: В 2 т. Пер. с англ. / Коммент. Д. Урнова. – М.: РИПОЛ, 1997. – 752 с.
  13. Ювенал. Сатиры. – М.: Алетейя, 1994 г. – 224 с.
  14. Rost Randi J. OpenGL® Shading Language. – Addison Wesley, 2004. – 608 с.
Ответить с цитированием
  (#8 (permalink)) Старый
Ikshot Ikshot вне форума
Member
 
Сообщений: 451
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Регистрация: 06.06.2002
По умолчанию 01.10.2009, 15:06

Благодарности

Как всегда, выражаю искреннюю благодарность моим друзьям / критикам:

Леденеву Александру Вячеславовичу (AKA Shunix)

Семенову Игорю Алексеевичу (AKA Garik)
Ответить с цитированием
Ads
Ответ

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.
Trackbacks are Вкл.
Pingbacks are Вкл.
Refbacks are Выкл.


Похожие темы
Тема Автор Раздел Ответов Последнее сообщение
перенос файлов святой Любые вопросы от новичков 1 08.04.2012 10:57
перенос на dvd andrj Любые вопросы от новичков 10 31.12.2011 14:25
Задача о кувшинах(переливание воды) colobok Prolog 6 02.12.2011 13:23
перенос файлов vitalijvajt Вопросы начинающих программистов 1 07.10.2011 05:27
Перенос информации tatyana-L Любые вопросы от новичков 10 09.12.2010 01:04
безопасный перенос DJVuku Антивирусы 1 04.08.2010 08:45
Перенос приложение на КПК Leon .NET 2 11.12.2007 14:25
Чудеса в решете программирование на С++ Влад Мысли вслух 21 22.06.2007 11:58
Перенос строки в .exe Cmet Visual C++ 15 05.06.2006 11:41
"Потому что без воды..." лог-я задачка AntonioLazarenni Prolog 7 03.06.2006 23:40
Как на основе данных прорисовать динамическую схему движения воды Lapunik Вопросы начинающих программистов 5 26.05.2006 10:58
Перенос форм из VBA в VB. choutov Visual Basic 0 16.08.2004 13:05



Powered by vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2017, Jelsoft Enterprises Ltd.
Нardforum.ru - компьютерный форум и программирование, форум программистов